Легенда, что не вошла в летописи
В те времена, когда туманы Германии ещё прятали шепот древних богов в кронах священных дубов, в землях гессов жил народ, что молился Перуну и Водану, а не Христу. В сердце их священной рощи возвышался великий Дуб Торна — могучий, как сама земля, с корнями, уходящими в бездну, и ветвями, касающимися облаков. Под ним приносили жертвы, заключали клятвы и жгли костры в честь языческих праздников.
И вот в год, когда снег выпал раньше срока, в эти земли пришёл святой Бонифаций — монах с огнём в глазах и словом Божьим на устах. Он пришёл не с мечом, но с топором — не для боя, а для искоренения тьмы потому что видел, как народ приносит в жертву младенца у подножия дуба.
— «Довольно! — воскликнул он, поднимая руку к небу. — Бог, что создал свет, не требует крови!»
С этими словами он занёс топор и рубанул по стволу дуба. Один удар — и древо дрогнуло. Второй — и оно застонало, как раненый зверь. А на третьем — великий Дуб Торна рухнул с грохотом, будто небо раскололось. Народ в ужасе пал ниц, ожидая гнева богов.
Но тут свершилось чудо.
Из-под упавшего дуба, среди его разломанных ветвей, поднялась маленькая ель — ровная, зелёная, не тронутая ни морозом, ни страхом. Её иголки блестели, как слёзы ангелов, а вершина устремлялась к солнцу, хотя солнца не было видно — лишь серое небо.
Бонифаций подошёл к ней, улыбнулся и, к изумлению всех, поднял деревце и перевернул его — так, что корни смотрели ввысь, а макушка — в землю.
— «Вот вам знамение! — провозгласил он. — Как Христос ниспослал Спасение свыше вниз, так и дерево это — теперь обращено к небу корнями, ибо корни наши — в Царствии Небесном! Три его стороны — Отец, Сын и Дух Святой. А вечная зелень — знак жизни, что не умирает даже в зимней тьме!»
Люди смотрели, ошеломлённые. Но в сердцах их уже росло новое чувство — не страха, а чуда.
С тех пор, в некоторых деревнях, что слышали о чуде у рощи Торна, стали на Рождество вешать ель вверх ногами — не в насмешку, а в память о том дне, когда небо коснулось земли, а дерево стало мостом между миром и вечностью.
А ель, посаженная Бонифацием на том месте, росла двести лет. Говорят, что в самую тихую ночь перед Рождеством её ветви всё ещё шепчут на латыни:
«Pax vobiscum… и да будет свет.»
И хотя ни один летописец не записал эту историю, а передавалась она из уст в уста, дух её жив в каждой ёлке — будь она вверх ногами или как подобает. Ведь главное — не положение дерева, а то, куда обращено сердце.
🎄✨
// Это выдуманная история. Все совпадения случайны.
Нас можно читать здесь: